Никакой магии - Страница 101


К оглавлению

101

— Вылезайте, инспектор.

— Я…

…смогла только тихо пискнуть, когда сильные руки выдернули меня из кареты и, бережно прижав к груди, понесли вверх, над беснующимся по мраморным ступеням водопадом, навстречу распахнутым дверям.

— Дальше пойдете сами?

— Твкдмнм! — обиженно булькнула я. — И поставьте меня, все равно ведь промокла как… как… как ваша шляпа!

— Она непромокаемая, — неуверенно сказал полковник, опуская меня и берясь за край упомянутого предмета. Отскочить или завизжать я уже не успела — скопившаяся на полях и в тулье вода хлынула вниз — к счастью, мимо меня. Банковский привратник за спиной Карда охнул и закатил глаза, явно собираясь рухнуть в обморок.

— У вас есть десять минут, инспектор. — К полковнику снова вернулся привычный командный тон. — Буду ждать вас в своем кабинете.

— Непременно явлюсь, сэр, — печально вздохнула я, — если разыщу в своем гардеробе чистую и сухую одежду.

Задача не из легких, учитывая, какое опустошение в нем учинили предыдущие задания полковника. Хотя… я задумчиво посмотрела на марширующего к лестнице Карда. В коробках у шкафа по-прежнему покоился «верх непрактичности» — второй летный костюм и, насколько я помнила, прилагавшаяся к нему кожаная шляпка имела почти столь же широкие поля, как любимица полковника. Решено — надеваю… если справлюсь в одиночку с корсетом и юбками.

Конечно же, к полковнику я в итоге опоздала — а кто бы успел, пытаясь самозатянуться в злосчастный кожаный панцирь, к которому должно было прилагаться не меньше трех служанок?

— Прошу прощения, сэр.

— Вы… — Кард осекся, моргнул, видимо, пытаясь решить, явилась ли к нему в кабинет я или он уже начинает галлюцинировать от усталости, — переоделись.

— Так точно, сэр. Как вам, — я отставила ногу, — мои новые фиолетовые чулки?

— Потрясающе, — хмыкнул полковник, — особенно на коленках.

— Сэр…

— Молчу, — Кард поднял руку, — не обращайте внимания на старого брюзгу. Видимо, я отстал от моды, — полковник подался чуть вперед, прищурившись, — дюймов на двадцать. Располагайтесь… можете закурить, если желаете.

Сам полковник продолжил заниматься куда более странным делом — один за другим он брал из расшитой папки листы бумаги, бегло проглядывал, сминал в комок и выкладывал на стоящий перед ним поддон для углей. Затем Кард чиркнул огнивом и отодвинулся, зачарованно глядя, как огонь жадно поглощает бумажный дворец, щедро разбрасывая по кабинету серые хрустящие снежинки.

— Обиднее всего, — неожиданно произнес он, — что моя первая мысль была именно про лихой кавалерийский наскок. Но я решительно задавил ее, убедив сам себя, что с нашим противником такие методы непозволительны и надо сделать все по правилам: аккуратно, методично… и медленно. Слишком уж медленно для сэра Невилла. И вот итог — неделя работы псам на помойку.

— Но…

— Увы, инспектор, никаких «но». Вы сами видели: от нас требуют результат, и немедленно.

— А если Аллан привезет доказательства?

Лейтенант остался в Финон-фэре обследовать обломки пиратского корабля — и до последнего момента мне казалось, что Кард считает его задание очень важным.

— Доказательства чего? — полковник смял очередной лист и бросил в кучку пепла. — Что пушки произведены гномами клана Солетта? Так их покупает полмира, в том числе и королевский флот. Или вы полагаете, что в обломках найдется договор на поставку кейворита, с обязательным условием: использовать построенный корабль для нападения на Аранию? Если Аллан привезет мне подобную бумагу, скрепленную личной печатью коррезского императора или короля Мейнингена, я сочту ее подброшенной фальшивкой.

— Тогда зачем вы оставили Аллана «просеять сквозь мелкое сито каждый дюйм»?

— Именно за этим.

Процесс перевода бумаги в разряд мусора неожиданно затормозился — проглядев начало листа, Кард нахмурился и принялся вчитываться в бледно-серые следы выцветших чернил.

— Вам не говорили, что наша, то есть полицейская, работа сродни добыче золота? — не отрывая взгляд от бумаги, спросил он.

— Нет, сэр.

Уверена, такая метафора просто не могла прийти в головы моих сослуживцев. В погоню за блеском наживы на край света отправляются совсем иные существа, чем те, кто готов за два десятка шеллов из года в год обходить клавдиумские улочки с трещоткой и фонарем.

— А между тем, сходство изрядное. Перемыть и просеять гору пустой породы, в надежде на жалкие несколько крупинок. Трудно придумать более дурацкое занятие, не так ли?

Я с трудом удержалась от замечания: «Так точно, сэр, но я верю в людей!» Сомнительно, чтобы полковник сейчас мог оценить эльфийский юмор, даже не самый тонкий.

— Зато, — с наигранной бодростью в голосе добавил Кард, — я неплохо развеялся от обычных забот. Тяжелый физический труд на свежем воздухе очень хорошо прочищает голову от всяких дурацких мыслей.

— Не совсем понимаю, о чем вы, сэр, — призналась я.

— О работе грузчиком.

Кард убрал руки со стола, шумно выдохнул… и вдруг приподнял жалобно скрипнувшую мебель на добрый ярд, как будто массивное дубовое сооружение на самом деле было наспех сколочено из тонкой фанеры.

— Но… зачем?

Последнее слово я произнесла почти неслышно — потому что впавший в осенне-зимнюю спячку мозг наконец-то проснулся и начал думать!

«До баржи всего полмили», сказал тогда полуэльф Кэл… баржи, затерявшейся среди сотен таких же, день и ночь снующих по реке, перевозящих все, что угодно, от угля до муки… мука в мозолях убитого… в пиджаке из краденой ткани… мятый синий картуз полковника, когда тот пришел к Молинари… грузчиком поработать…

101